Русский Земский Совет: эстонские партии по определению не могут защищать интересы русских в Эстонии

Следует признать, что русская политика в Эстонии сознательно загнана в тупик. С одно стороны основные эстонские партии с момента приобретения Эстонией независимости занимались ни чем иным как созданием проблем для русских в Эстонии, лишая их безусловного права на гражданство, вводя различные (и в основном завышенные) языковые требования на разных уровнях, уничтожая высшее и гимназическое образование на русском языке. Результаты такой политики за двадцать пять лет эстонской независимости имеют просто удручающий характер для русского национального меньшинства. Можно уже говорить о сотне тысяч потерянных для страны русских людей, покинувших Эстонию навсегда. Процент русских от общего населения сократился настолько, что можно говорить уже сознательной политике если не откровенного геноцида, то определенного выдавливания русских из Эстонии (т.е. создания таких условий при которых жизнь людей становится невыносимой).

С другой стороны все варианты законного противостояния и отстаивания интересов русской общины изначально урезаны массовым безгражданством и сложностью экзаменов на получение эстонского гражданства. Существенную роль в демонизации русской политики играют и эстонские СМИ в сотруничестве с КАПО (связывая все в любом случае с Россией). При этом надо четко понимать, что даже Центристская партия, позиционирующая себя как наиболее адекватная в русском вопросе, не может эффективно отстаивать интересы русских жителей Эстонии (не говоря уже о всех остальных эстонских партиях). Во многом, если речь и заходила о нарушении прав русских в Эстонии и возможности эти вопиющие перекосы исправить, деятельность Центристской партии уходила в имитацию борьбы, а не на реальный результат. Все законодательные инициативы с успехом торпедировались этническим партийным большинством в парламенте. Но уже даже за одно это Центристская партия стала «недоговорной» для национально озабоченного истеблишмента, что во многом говорит о «толерантности»  в эстонском обществе.

Как это ни парадоксально, но актуальность нерешенных русских вопросов будет  сохраняться до тех пор, пока эти вопросы не будут разрешены с точки зрения европейских традиций признания и уважения прав крупного национального меньшинства. Но до такого подхода эстонским политикам, к сожалению, пока еще очень далеко. Здесь главенствует откровенное желание и дальше паразитировать на русской тематике в моменты, когда это обещает сиюминутные политические дивиденды (вспомним историю с Бронзовым солдатом), отвлекает основную массу эстонцев от плачевной ситуации в экономике, медицине, демографии и тд.

Возможно ли решение таких наболевших русских тем как проблема безгражданства или сохранение русского языка при помощи существующих эстонских партий? Ответ очевиден. Все эти партии нацелены на сохранение нынешней ситуации, несмотря на многолетнюю критику международных правозащитных органов, ООН и т.д. Более того, свою твердолобость они подают как «принципиальность». Оно и понятно. Особенно легко быть «принципиальным» с людьми, которых ты сначала лишил права голоса на выборах и от которых по большому счету в твоей политической карьере ничего не зависит. Эстонская политическая элита даже не задумываются, что легитимность всей построенной ими политической конструкции под очень большим вопросом. Кто может говорить о легитимности, если из процесса принятия решений исключалось до 40% населения страны на ранних этапах восстановления независимости (когда устанавливались основные законы) и даже сейчас этот процент доходит до 20? Если это легитимность, то что тогда нелегитимность? 10% управляющих 90% бесправных? Может, это и есть тайный идеал наших политиков?  

В любом случае, активное участие организаций (в том числе и партий) в конструктивном решении наболевших русских вопросов нужно только приветствовать. Здесь создание русского политического движения или партии однозначно привлечет внимание к этой проблематике. При этом надо понимать в какой откровенно враждебной среде приходится работать русским общественным деятелям и правозащитникам. Основная часть эстонского общества (и, прежде всего, эстонские политики) все еще не созрела для конструктивного диалога и признания того факта, что у русских есть свои специфические интересы и с этими интересами надо считаться. Этот раскол создан не нами. К сожалению, пока эстонские политики будет думать только о построении моноэтнического государства, вразрез с реалиями нашей страны, такого диалога не получится. Признание же очевидного факта двухобщинности эстонского общества могло бы быть первым шагом на большом пути положительных изменений. Во многом и нам самим надо определиться, что является для нас приоритетом и готовы ли мы бороться за свои права.

Русский Земский Совет 

Comments